Жизнь на каналах

400 лет назад Амстердам завершил  застройку своего пояса каналов, который в настоящее время является наследием ЮНЕСКО. Каково это -  жить сегодня в исторической и знаковой местности?

Утренняя роса висит неподвижно над водой. Покой в ранние мгновения нереальный: буквально через час узкие проезжие части у каналов забьются машинами, велосипедами, скутерами. А сейчас эта территория выглядит как покинутая съемочная площадка. На каком-то фасаде освещены окна, время от времени мимо проезжает велосипедист. С нашего судна дома на каналах выглядят еще более величественными, деревья еще более высокими, мосты еще более широкими. Только плещущаяся у носа вода тихо отражается от кирпичной пристани – дальше тишина.

Тишина, пока ее не нарушает мощный всплеск воды у обшивки носа корабля. В металлическом баке мусоросборного судна лежат заржавелые велосипеды, коричневые выброшенные магазинные тележки для продуктов и толстый слой ила со дна, из которого торчат какие-то грязные обломки. С громким шумом этот мусор исчезает в открытом трюме. Тяжелый запах застоявшейся воды смешивается с дизельными испарениями корабельного мотора.

«Здесь вдоль каналов непрерывно работает пять подобных кораблей, чтобы вытащить плавающий мусор», - рассказывает Маартайн Ауботер, сотрудник Водной Сети, государственной организации, которая охраняет качество воды амстердамских каналов. Подобные мусоросборники вылавливают  в день около 3500 кг мусора, в котором  только велосипедов от 30 до 40. «Но мы находим так же холодильники, комплекты вещей домашнего обихода и  собственно трупы животных».

Сотрудник Водной Сети собирает мусор на каналах.

Амстердам в буквальном смысле построен на воде. Около 1300 года возникло Амстелледамме, небольшое поселение у дамбы с едва ли тысячей жителей, окруженное рвами, озерцами и болотами. Амстердамцы оказались отличными торговцами, использовавшими благоприятную позицию поселения между рекой и Северным морем, способствующую быстрому росту благосостоянию. В позднее Средневековье возникает процветающая заморская торговля с территориями Балтийского моря.  Амстердам становится складом зерна и дерева для Европы. В 17 веке сюда же приходит доходная по тем временам торговля пряностями из Восточной Индии и Цейлона,  нынешних Индонезии и Шри-Ланки.

«Около 1600 года Амстердам начал трещать по швам из-за живущих в нем 60  тысяч жителей», - говорит Габри ван Тюссенбрук,  историк строительства Амстердама и автор книги «Амстердам в 1597 году. Хроника решающего года». Амстердам в начале 17 века был самым быстро растущим городом мира. Поэтому в 1613 году была начата постройка пояса каналов вокруг Сингел канала, который формировал западную границу города. Плановый подход и большой объем проекта был в то время уникальным для градостроения. Проект пояса каналов должен был завершиться полвека спустя. С подобным расширением города Амстердам стал бы в пять раз больше.  С целью сохранить существующее средневековое ядро города, было решено построить три полукруглых канала – в порядке постройки от центра: de Herengracht (Херенграхт), de Keizergracht (Кайзерграхт) и de Prinsengracht (Принсенграхт) – которые связаны между собой разумной системой прямых поперечных каналов и улиц. Около 80 мостов перекрывали 140-километровый водный путь. Из грунта выкопанных каналов были сооружены  небольшие дамбы, на которых можно было продолжать наземные постройки. «Расширение города привело к  уникальному разделению пространства для жизни, работы, дорожного движения и публичных мест, таких как рынки и церкви», - говорит Ван Тюссенбрук. Постройка пояса каналов была оплачена продажей участков под застройку богатым купцам и жителям города. Самые большие и дорогие локации находились на de Herengracht. Рабочие места и маленькие жилые дома – на de Prinsengracht, которые напрямую соединены шлюзами c рекой Ай.

Центр Амстердама с юго-западной стороны. Эти каналы построены в 17 веке.

Когда около 1680 года был готов полумесяц, Амстердам наконец-то обрел сияние, подходящее для богатого и могущественного торгового города, больше которого были разве только Париж или Лондон. «Красота Амстердама существует не только благодаря его  дворцам», - говорит Ван Тюссенбрук, «но и благодаря импозантным жилым домам, которые были построены на каналах для богатых горожан».

400 лет спустя пояс каналов все еще гордость и жемчужина Амстердама. ЮНЕСКО называет эту территорию мировым наследием. Благодаря  исторической пышности и великолепию кольца каналов   эти места до сих пор прекрасны для жилья.

«Этот дом – произведение искусства», - рассказывает Шарли Хильм (70 лет) о своем монументальном доме на de Herengracht. «Я связан с многовековой историей. Я чувствую себя не столько собственником дома, сколько временным владельцем, получившим его во временное пользование». Он говорит: «У него есть душа. Дом может смеяться или грустить. Он плакал, когда я его купил, настолько все было плохо. Но, после радикальной перестройки и ремонта, дом может снова смеяться. Это наша моральная обязанность оставить эти здания в хорошем состоянии для последующих поколений».

Ресторан и бар «Херенграхт» всегда приветливо ждет своих гостей.

Хильм – еврейский бизнесмен на пенсии, который родился в  1943 году в доме в Южном Амстердаме, где его семья пряталась во время войны. Его родители, композитор и актриса, были беженцами из Берлина и пережили войну. «Город их принял, и я вырос чистокровным амстердамцем. И поэтому я хотел когда-нибудь жить на каналах.  Именно здесь начиналось расширение и рост города». Выбор Хильма, в конце концов, упал на Херенграхт, вывод напросился сам: «Король каналов!» "Это классовое различие между каналами было с самого начала" – говорит историк  Габри ван Тюссенбрук.

Кольцо каналов не сразу становится неоспоримым центром города. Сложившаяся к тому времени  гильдия купцов оставалась первоначально жить на Вармусстраат,  сегодня расположенной на краю квартала красных фонарей, а в то время аристократической улице. На каналах жили хвастливые купцы и торговцы, которые стали богатыми недавно, с расширением заморской торговли. «Но это длилось недолго также и для «старых денег» - они в итоге поддались уговорам», - говорит Ван Тюссенбрук. Самые большие здания были построены Гауденом Бохтом на de Herengracht между нынешней Лейдсестраат и Вейзелстраат. Канал становится вотчиной правителей. Богатые купцы селятся на de Keizersgracht в зданиях, которые часто также служат как склады. Рабочие места открываются преимущественно на de Prinsengracht.

Улочки вокруг старого Форгбургвала известны на весь мир как район Красных Фонарей.

Позади Принсенграхт, на возведенных дамбах, были построены дома для рабочих-эмигрантов из сферы кораблестроения. Район позже получил название Йордаан, возможно из искаженного французского jardin (сад): здесь очень много улиц названо в честь цветов и растений, к примеру Leliegracht (канал Лилий)  или Laurierstraat (Лавровая улица). Большинство семей в 17 веке жило в маленьких лачугах в маленьких проулках. Йордаан оставался до двадцатого века бедным кварталом, но в последние 30 лет он разросся до популярного района, полного галереями, бутиками и рынками.

После торговых домов, спустя века, на каналах до сих пор открывается много банков и других фирм. В восьмидесятые годы прошлого века переселение сдвигается в окрестные, вновь построенные районы и города, и проживание на каналах утрачивает престижность. Большинство зданий пребывает в очень плохом состоянии. Из-за недостатка хорошего отопления дома полны сквозняков и очень холодные. Многие из них были раскуплены за бесценок журналистами, учеными, артистами, художниками и другими авторитетными интеллектуалами, которые выбирали дома на каналах со вкусом, превосходящим любовь беспечных обывателей  к тенистым пригородам.  В 2013 году цена на здания на каналах повысилась до неприступной, благодаря этим группам покупателей. Тем не менее, на сегодня район пояса каналов частенько ассоциируется с прогрессивной элитой, которая может оказывать большое влияние на формирование общественного мнения в Нидерландах.

Принценграхт. Амстердам.

«Пояс каналов на протяжении веков всегда притягивал культурно-интеллектуальный авангард», - рассказывает Линда Бауэс, директор культурного центра Феликса Меритиса. «В Золотом Веке здесь жили влиятельные купцы, бывшие прообразами картин Рембрандта и Вермеера. Амстердам знал и свободу от религий, и книгопечатание, притягивавшие ученых и свободомыслящих людей со всей Европы. Философ Рене Декарт сумел напечатать свои просветительские  идеи только здесь.  Амстердам всегда был городом жителей, которые могут за себя сами постоять. Он был управляем, в конце концов, богатыми купцами и другими влиятельными гражданами».

Посетитель ест традиционный яблочный пирог в знаменитом кафе Папенайленд

В 1788 году Феликс Меритис, богатый амстердамец, вдохновленный эпохой Просвещения, создал Сообщество покровительства искусству, науке и философии. На Кайзерсграхт был построен городской дворец с первым в Европе концертным залом, куда, помимо прочих композиторов и исполнителей, приезжал дирижировать и исполнять свои произведения Брамс. Но это просветительское сообщество на сегодня более не существует. После Второй Мировой войны это здание является штаб-квартирой Коммунистической Партии Нидерландов. В настоящее время здесь организуются и проводятся конференции, театральные постановки и общественные дебаты. «Это происходит в Амстердаме веками: каждый имеет право на обсуждение любых вопросов».

Штаб-квартира Коммунистической Партии Нидерландов на Кайзерграхт.

Эта история пояса каналов, как места толерантности, все еще ощутима. В бывшем незаконно занятом доме на Сингел, построенном еще в 1428 году на юго-западе центра, живет Йош Молай (41). Это здание, формально фабрика готового платья, было выкуплено муниципалитетом города и на сегодня имеет статус «рассадника», который субсидируется как жилище и рабочее помещение для художников. Рядом со звонком у парадной двери висит именная табличка Сообщества Художников  под покровительством Веселья и On File, рабочая сеть для сбежавших журналистов.

Изобилие культурных предложений на короткий пешеходный маршрут компенсирует   отсутствие балконов или садов, а так же недостаток парковочных мест. «К счастью, жилье сравнительно недорогое», - говорит Молай, американец по рождению. «Муниципалитет купил этот незаконно занятый дом в восьмидесятых и установил для жильцов льготную наследственную арендную плату. По-другому мы никогда б не смогли б жить на каналах». С другой стороны, по договору с муниципалитетом зафиксировано, что жильцы  должны сами  поддерживать  эксплуатацию здания, что подразумевает малярно-штукатурные работы и контроль за канализацией. «К счастью, я дизайнер интерьеров по профессии», - говорит Молай.

Молай и ван дер Коой говорят, что последние двенадцать лет их район радикально изменился. «В проулочках вокруг Сингела и Херенграхта раньше было много «красных фонарей», сейчас их тут только пара. Также минимальное беспокойство от наркоманов. Но многие молодежные оргаизации, такие как в соседних домах, исчезают, потому что они больше не могут платить высокую плату за аренду. Отели забирают их места». Это, по словам Молайя, ослабляет социальные связи в районе. «Каналы становятся менее разнообразными. Кажется, тут все еще живут состоятельные люди. Здесь, в здании с противоположной стороны находятся квартиры, которые сдаются экспатам, живущим в них от силы пару недель в год».

Эвакуация дома, захваченного кракерами на Сингеле.

Пояс каналов буквально всасывает в себя иностранные фирмы. В складах, где раньше хранились товары из отдаленных стран, сейчас процветает креативная индустрия. На Херенграхт два колоссальных здания занимает интернациональное рекламное бюро Вейден+Кеннеди (W+K), вдохновитель рекламных компаний для Хайнекен и Найк. «Пояс каналов лежит в сердце Амстердама, а Амстердам так же лежит в сердце Европы. Исключительное культурное обеспечение дает этой территории космополитические повадки», - рассказывает Памелла Варброок о выборе локализации для W+K. «Одновременно пояс каналов имеет дороги как в деревне: наши сотрудники могут добираться до работы на велосипедах. Эта смесь деревни и города мира идеальна для интернациональной фирмы».

Катание на коньках по каналам

«Впрочем, сила притяжения для иностранных сотрудников была и есть все время», - говорит историк строительства Габри ван Тюссенбрук. «Амстердам был всегда городом эмигрантов. После осады и падения Антверпена в 1585 году множество купцов, в основном протестантов, стянулось в Амстердам из Южных Нидерландов. Это дало Северу экономический импульс, который так же являлся и импульсом для расцвета Золотого Века. Без рабочих из Германии, Скандинавии и Восточной Европы  строительство пояса каналов было бы, скорее всего, невозможно. Это территории, благодаря которым Ост-Индийская компания смогла черпать свои богатства».

Мама везет ребенка в школу в Амстердаме

Что способствовало  деревенскому характеру поясу каналов так это зелень. «На стенах набережной и вдоль фасадов домов веками создавалась уникальная городская флора», - рассказывает ландшафтный архитектор Эрнис ван дер Хувен. – «Между камнями вы можете найти виды растений, которые находятся под охраной, такие как хохлатка, париетария юдаика (постенница иудейская) и катаподиум ригидум (жёсткомятлик жесткий).» Еще здесь растет красивая почвопокровная цимбалярия муралис (цимбалярия постенная)  и чистотел, трава, которая раньше использовалась для лечения всякого рода гнойных ран. Здесь так же растет большое количество садовых растений, таких как дикий майоран (орегано), колокольчики и даже финиковые деревья. Кроме того, каналы естественные места обитания   многочисленных водоплавающих, таких как лысухи, цапли и лебеди, в то время как сады около домов полны зябликами, синицами, малиновками и крапивниками.

Мирная жизнь в Восточном парке Амстердама поставлена под угрозу стаями зеленых попугаев, давних жителей Амстердама. Зеленые попугаи были привезенны купцами Ост-Индийской компании, со временем они размножились и прижились в городе.

Ван дер Хувен (47) обитает в величественном здании постройки 1709 года на Кайзерсграхт, дверь в дверь рядом со старым жилым домом Николаса Тюльпа, известного по картине Рембрандта «Урок анатомии доктора Николаса Тюльпа». «В этой части Кайзерсграхт растут старейшие вязы с их типичными развесистыми кронами, через которые  летом  вы едва ли увидите дома на противоположной стороне канала. Я сижу в своем саду и наслаждаюсь пением птиц и в этот момент я забываю, что  нахожусь в центре города». Тенистые внутренние сады – это одна из лучше всего охраняемых тайн пояса каналов. Они не видны с улицы и редко доступны для публики. Ван дер Хоувен называет их «зеленые легкие города». Здесь растут каштаны, липы, клены. И большое количество исторических фруктовых деревьев: мушмула, тутовник, айва.

Внутренний сад в клубе дома на каналах.

При закладке садов было строгое золотое правило-предписание «лучшая часть», рассказывает ван дер Хувен. «Лучшие сады» должны были разрабатываться дизайнером того времени так же как и лучшие дома -  разрабатываться в различных стилях. После семнадцатого века – французский стиль (много каменных изгородей с окаймлением клумб и дорожек в геометрическом гравии), в восемнадцатом веке – английский стиль с большим количеством ландшафтных структур и скрытых романтических скамеек и садовых домиков. Эти садики отличаются от пышных садов вокруг внешних дворов вдоль Вехта, где в городских садах редко сидят люди.  «Это были сады для просмотра. Они задумывались для тени и свежего воздуха».

Ван дер Хувен в своем саду вместе с пчелиной семьей вносит свой камушек вклада в сохранение городской биосферы. «Благодаря способности опылять растения и цветы пчелы являются необходимым звеном в пищевой цепочке. На кольце каналов растет много различных видов флоры для города. Здесь не используются пестициды, поэтому тут идеальные условия для жизни пчел» - говорит он.

Все-таки, несмотря на чрезмерную тесноту, на кольце каналов сохраняется зеленый характер местности. «Жизненный климат ухудшается из-за выбросов продуктов горения и СО2», - говорит Вюббо Оскелс, профессор долговременных технологий Технического Университета в Дельфте. «Этот процесс разъедает не только людей, но и здания. Если мы хотим, чтобы через 400 лет люди все еще  жили на каналах, то нам необходимы особые мероприятия».

Лодевик ван ден Берг. Первый нидерландский астронавт.

Первый нидерландский астронавт, который в 2005 году въехал в жилье на нижних этажах дома на Кайзерсграхт, основал общество Зеленые Каналы. Базовый принцип этого сообщества достаточно прост: работы трех больших мельниц за городом достаточно для обеспечения целой территории каналов экологическим электричеством. «Если все жители будут участвовать в долевой покупке турбины, они вернут свои инвестиции. Потом дома могут обогреваться зимой и охлаждаться летом водой из каналов. Насколько престижно будет через четыреста лет обеспечивать свой старый дом собственной энергией?»

По версии Оскелся пояс каналов будет доступен исключительно для электрических автомашин и кораблей, что сделает климат чище и спокойнее и он станет привлекательным для  новых животных и растений. Сделать каналы зеленым оазисом? «Пояс каналов когда-то строился в гармонии с природой», - говорит Оскелс. «Дерево для зданий было напилено с помощью ветряных мельниц и в дальнейшем транспортировалось по воде».

«Эта связь человека и природы не должна снова быть романтизирована», - утверждает Маартайн Ауботер из Водной Сети. «Вода всегда была не союзником, а жизненно опасным врагом. Каналы были веками источником инфекции чумы и других заболеваний, приводящих к эпидемиям. Вонь от воды была всегда нестерпимой. Чтобы поддерживать нормальное качество воды и воздуха на каналах построили дамбы, такие как Розенграхт и Линденграхт».

Кажется, что борьба почти выиграна. Места на каналах, куда до 1987 года сливали канализационные отходы,  на сегодня перекрыты.  Теперь, при помощи хитроумной шлюзовой системы и двух больших насосных станций, точно рассчитывается где, когда и сколько воды должно быть выкачано. «Благодаря этому везде достаточно чисто для купания», - утверждает Ауботер.

Жилой дом на воде в Амстердаме.

В настоящее время жизнь на воде пояса каналов тоже показатель статуса. Амстердам насчитывает около 2500 жилых барж или кораблей, 600 из которых находятся на каналах. Нора Вайбрандс (55) живет на Валлевайн, в перестроенном грузовом судне, пришвартованном на Принсенграхт. «Раньше», - рассказывает она, «жители лодок были преимущественно авантюристы, которые не могли прижиться в нагроможденных домах с шумными соседями, сейчас это яппи и экспаты на движущихся пентхаузах с предусмотренными ванными, кухнями и беспроводным интернетом.

Все стало совершенно по-другому по сравнению с тем, когда тридцать девять лет назад Вайбрандс купила свою баржу за приблизительно восемьсот евро. Газ, электричество и водопроводная вода, конечно же, отсутствовали на этом столетнем стальном  грузовом судне. Она отапливала его при помощи дровяного котла и освещала  керосиновыми лампами. Дрова и уголь она  покупала на улице рядом с Принсенграхт. «Один раз в неделю мы наполняли водяной бак при помощи садового шланга соседей с берега». То, что Вайбрандс все еще не хватает для комфорта, компенсируется быстрым отдыхом на суше. «Я чувствую сезоны. Если ветрено, то палуба шатается. Если дождливо, то слышен стук дождя по крыше».

Внутреннее убранство жилых плавучих домов.

Вайбрандс так же видит изменения на берегах пояса каналов: «Жизнь становится более люксовой». Она называет в качестве примера 9 Улочку, популярное название для девяти переулков, которыми можно пройти от Йордаана за кольцо. «Века назад здесь сидело много кожевников, отчего произошли названия улиц: Хауден-, Волвен- и Реесстраат. Но сегодня здесь расположено только люксовые модные бутики». Рост популярности пояса каналов из-за магазинов и создания прогулочных зон становится становится причиной для достаточно беспокойной  жизни на корабле. Множество прогулочно-экскурсионных корабликов нарушают приватность частной жизни: «Много зловония и громкой музыки. Отвратительно».

Туризм и загрязнение окружающей среды усложняют на сегодняшний день жизнь на кольце каналов. Разнообразие обитателей и магазинов уступает дорогу состоятельным жителям и унифицированным эксклюзивным продуктам. Но цена для сохранения чистоты исторического места на сегодня выше, чем когда-либо. Большинство зданий на каналах находятся в безукоризненном состоянии, и культурная жизнь процветает, как и в семнадцатом веке.  Когда  покой возвращается в конце летнего дня, впечатление, что за века ничего не изменилось. На фасады из красного кирпича падает жар вечернего солнца. Вдали звонят часы Вестерторен. Тихо плещется вода о жилые корабли.

«Я в центре Амстердама, но никто не обращает на меня внимания», говорит Нора Вайбрандс. Только пара лебедей скользит по Валенвейн. «Нигде я не чувствую себя так же спокойно, как здесь».

Инструктор по велосипедному катанию в Амстердаме.

Печатная версия: National Geographic, март 2013 года

Источник: http://www.nationalgeographic.nl/ 

Автор текста: Jeroen Junte 

Перевод © spletnizza.com 2016